Есенин был знаком с маяковским

ОТ МАЯКОВСКОГО К ЕСЕНИНУ - АгитБлог

Своеобразный миф был создан Есениным и из знакомства с Блоком. В его рассказе, дошедшем в передаче Всеволода Рождественского, Есенин. Есенин увидел Маяковского возле Малого театра. Это был октябрь, странный месяц, когда, вдруг, солнце и почти тепло, а на смену приходит ледяной. Маяковский для масс был, разумеется, воплощением пролетарской советскости. Есенин — поэт с противоположным знаком.

Одержав эпохальную победу и над СССР, и над Маяковским, сегодня эта буржуазно-националистическая гидра охватывает все сферы общественной жизни, многие этажи государственной власти. Фактически идеология Полчанинова-Тарховой, Ильина и Рейдлиха, их понимание русской культуры и в том числе Есенина превратились сегодня в идеологию господствующего буржуазного класса.

Посконный, якобы народный, корпоративизм, солидаризм. Единение барина и холопа, кулака и батрака. Если бы я не видел, как точно такие же процессы, но на местной культурной почве, происходили на Украине, я бы решил, что мы имеем дело с чем-то уникальным. Но нет, удивляться нечему. Здесь били Есениным по Маяковскому а еще Лениным — по Сталину. Контрреволюция победила, она расправляет крылья, она использует для агитации и пропаганды те инструменты, которые считает удобными.

И Шевченко — удобен. И Есенин — удобен. Он вписывается в общую стратегию НТС по доеданию, перевариванию советского материального и духовного наследия. Я называю это мародерством — стаскиванием шинели с поверженного противника. Именно так власовцами и нтсовцами был приватизирован знаменитый Sputnik Moment за неимением собственной героики фашисты используют чужую, очищенную от советскости.

Отсюда и Победоносец на символике "Бессмертного Полка", и "духовный главнокомандующий Николай-2", и прославившийся в годы приватизации фонд "Спутник" коллаборационистского отпрыска Бориса Йордана, и всем известный националистический сайт с таким же названием ну что, действительно, общего между названием сайта и его создателем — шарообразность?

Вы никогда не задумывались обо всех этих странностях? Ну а закончить свой культурно-исторический экскурс я бы хотел еще одним примером. Националисты, наследники Полчанинова, любят мазать одной краской большевиков и либералов. Бергман, отмечая сложность творчества С. Автор считает — и во многом справедливо, — что секрет есенинской поэзии в ее трагичности: Поэты — вестники беспокойных исканий человечества, и подлинное искусство чаще всего — патология, отклонение от нормы, чем радостное иллюстрирование действительности.

Жиц указывает, что болезненные процессы, отображенные в искусстве, глубже, содержательнее и разнообразнее мотивов довольства и сытости. У счастливого человека нет своего места в искусстве — его биография скучна и неинтересна для читателя: И поэтому она малолюбопытна.

Девять мифов о Есенине

Есенин — единственная трагическая фигура в нашем сегодняшнем искусстве. И за боль и кровь его поэзии так прикованно любим мы его Критика, критика, критика С резкой критикой занятой Ф. Жицем позиции выступил А. Наиболее значительные из диспутов были проведены 20 декабря г. На диспутах 13 февраля и 5 марта председательствовал В. Фриче, основной доклад сделал А.

Луначарский, он же произнес заключительное слово. Диспут был представительным — кроме В. Фриче, в нем участвовали В. Нусинов, рабочая и студенческая молодежь. Маяковский начал с того, что отделил одно понятие от другого: Ставить знак равенства между всем упадочничеством и Есениным — бессмысленно. На конкретных примерах он показал, что причины возникновения подобных настроений достаточно глубоки и серьезны, а форма проявлений их различна: Маяковский много говорил и о необходимости более тонкого анализа есенинской поэзии.

Молодежь тех лет не знала глубоко творчества С. В связи с этим В. Мысль о Ленине, образ Ленина присутствуют во всех его размышлениях, во всех "исповедальных" произведениях его политической лирики, ставших программными для.

В "Ответе", высказывая восторг перед "революцией великой" и желая объяснить отчаяние своей "больной души", не закаленной трудностями, поэт говорит о "Солнце - Ленине": Но эта пакость - Хладная планета! Ее и Солнцем - Лениным Пока не растопить!

Девять мифов о Есенине • Arzamas

В годовщину смерти Ленина он пишет стихотворение "Капитан земли", в котором признается; Я счастлив тем, Что сумрачной порою Одними чувствами подчеркнуто мной - В. Я с ним дышал И жил. Если Маяковский вместе с пролетарскими поэтами в самом деле жил "одними чувствами" с Лениным, если осознание этого единства наполняло всю его поэзию до самых лирических глубин, то Есенин, выбираясь из "сумрачной поры" на свет, впервые открывал для себя человека, давшего имя эпохе, терзался своей раздвоенностью, в то же время пытаясь как-то узаконить.

Но если вспомнить, что прошло меньше года с того времени, как Есенин написал о Ленине: Был задуман целый цикл под загла- стр.

Есенин жаловался на недоступность для него Маркса и огорчался этим именно потому, что не сомневался: У Маяковского была в этом плане гораздо более серьезная подготовка, чем у Есенина. В процессе работы над поэмой о Ленине он обращался к произведениям классиков марксизма, перечитывая их, вероятно, с тем же чувством, которое он испытал в ранней юности: Но и Маяковский чувствовал недостаточность своего теоретического багажа.

Той связи с жизнью, с новой действительностью, которая давала Маяковскому возможность по-настоящему понять марксизм, у Есенина не. Поэтому его ученические попытки понять Маркса приобретали трагикомический характер. Ведь до этого в стихотворении "Метель" - одном из наиболее мрачных, самобичующих произведений последнего периода, где он затягивает по себе "заупокойную", поэт вкладывает в уста своего могильщика такие слова: Он в жизни Буйствовал немало Но одолеть не мог никак Пяти страниц Из "Капитала".

Вероятно, "чудаку", столь мало приспособленному к теоретическому чтению, да еще по вопросам прибавочной стоимости, стал "вдруг - понятен "Капитал", когда "попадались", по его собственному выражению, строчки, где говорилось об искусстве, о том, что поэзия - особый вид духовного производства, что капитализм враждебен поэзии.

Это не могло не звучать для Есенина откровением. Есенин писал, что его биография - в его стихах. Порывы к тому, чтобы пополнить свой теоретический багаж, засесть за книги 1 См. Правдиной в журнале "Русская литература" стр.

Эти попытки "сладить" с Марксом, понять его, попытки, о которых Есенин постоянно твердит в последних стихах, были честными и трогательными поисками оптимизма. Противопоставив себя Есенину в поэме "Во весь голос", Маяковский в знаменитых строчках: В середине года вышла в библиотечке "Огонька" книжка стихов Есенина - как бы маленькая антология его поэзии, рассчитанная на массового читателя. Вероятно, она составлялась при участии автора, во всяком случае не могла не быть показана.

В книжке "Огонька" нет ни одного стихотворения из "Москвы кабацкой", в нее вошли все его чистые и грустные стихи о природе и родине - с по год.

Последний раздел включал "Мы многое еще не сознаем", "Письмо от матери", "Ответ" и "Русь советская", то есть составлял известный контраст с предыдущими, поскольку положительные ноты звучат в этих стихотворениях, несмотря на их противоречивость, с полной определенностью. Есенина хвалили с готовностью, радостно отмечая светлое начало, побеждающее в его творчестве. В "Правде" 24 октября года критик П. Его "На родине" и "Русь советская" определенно навеяны великим поэтом: Стремление Есенина решать главные темы эпохи было поддержано партийной печатью.

Между тем Воронский, любя и по-своему ценя Есенина, толкал его на другой путь, "оберегал" от революционной темы. Имена их нам, большевикам, дороги; мы с ними сжились, сроднились, они для нас - пароль и лозунг, мы привыкли сочетать с ними самое лучшее, самое высокое в нас, и, право, оставьте вы их лучше нам, не треплите их где попало, не тискайте их в "стишках", да еще неважных, да еще напускных.

Найдутся иные поэты, и у них найдутся другие праведные и верные слова"1.

  • ОТ МАЯКОВСКОГО К ЕСЕНИНУ
  • Личность в контексте культуры
  • Гений не без порока. Есенин пил, Булгаков кололся, а Маяковский любил

Воронский, Литературные типы, изд. Однако он допускал серьезные отступления от марксизма. И хотя в его воспоминаниях о Ленине есть крупицы драгоценных деталей быта и характера, бытовой план мешал ему воспринять высокий, воплощенный поэтами образ, который стал достоянием миллионов, впервые узнавших Ленина в его революционном действии и беззаветно пошедших за.

Воронский ведь и сам признавался: Если вдуматься в смысл оценки, которую дал Воронский поэме Маяковского о Ленине, то мы увидим, что и эти стихи казались ему "напускными". По существу Воронский не признавал не только за Есениным, но и за Маяковским права говорить о главном, о том, чем жили передовые люди эпохи. Едва ли можно более конкретно объяснить ту сложную социальную и психологическую обстановку, в которой создавалось стихотворение "Сергею Есенину" и его полемический характер по отношению к стихам и статьям "есенинствующих", чем это сделал сам Маяковский в статье "Как делать стихи".

Он решительно отошел от той трактовки, которую давала Есенину "посвящений и воспоминаний дрянь", выставив на первый план не слабость, а силу, то, что было в Есенине - бунтующей и не сумевшей приложить себя к делу великой силой, в чем была сущность его метаний.

Есенин, мечтавший "догнать стальную рать", стремился извергнуть из себя пьяное кликушество и стать здоровым человеком. Он подчеркнуто вводит в свои стихи современную политическую терминологию, хочет понять и представить свою биографию символом судьбы миллионов крестьянства, которые после мучительных колебаний твердо определили свое место в революции, стали союзниками рабочего класса. А мещанское восприятие переделывало трагедию Есенина в душещипательный романс.

Не исказить смысл той тяги к новому, которая составляла главное в последние годы жизни и творчества Есенина. Навсегда теперь язык в зубах затворится. Тяжело и неуместно разводить мистерии. У народа, у языкотворца, умер звонкий забулдыга подмастерье.

Есенин vs Маяковский. Поединок.

Боль за несчастную судьбу соратника по "звонкому" мастерству, "забулдыги подмастерья" - это глубокая боль "народа-языкотворца". Впервые Маяковский прямо и смело связывает лучшее в Есенине с народом, освобождая это слово от привкуса крестьянской ограниченности.

Маяковский выделяет в образе Есенина то, что несовместимо с уходом от жизни, он создает образ бунтаря, напоминающий самого Маяковского: Вы ж такое загибать умели, что другой на свете не умел.

Богоборчество Есенина, хотя и запоздалое по сравнению с "Облаком в штанах", - это прежде всего та область, где Есенин, по определению Маяковского, "не пел, он грубил, загибал". В "Инонии" - поэме о пастушеском рае, каким себе представлял тогда Есенин жизнь при социализме, он так высказывается о боге и святых отцах: Даже богу я выщиплю бороду.

Оскалом моих зубов Ухвачу за гриву белую Языком вылижу на иконах я Лики мучеников и святых. Обещаю вам град Инонию, Где живет божество живых! И совсем с интонацией Маяковского: Ныне ж бури воловьим голосом Я кричу, сняв с Христа штаны Сшибаю камнем месяц И на немую дрожь Бросаю, в небо свесясь, Из голенища нож. Нельзя не вспомнить - по перекличке - образов раннего Маяковского: Я думал - ты всесильный божище, а ты недоучка, крохотный божик.

Видишь, я нагибаюсь, из-за голенища достаю сапожный ножик. В неистовом отрицании тех, кому еще не так давно сам поклонялся, тех, кто поэтизирует нищую Россию, Есенин "грубил Странный и смешной вы народ! Жили весь век свой нищими И строили храмы божие Да я б их давным-давно Перестроил в места отхожие. Конечно, это не весь Есенин, это только одна сторона в нем, но очень важная, ставшая особенно ощутимой в последние годы.

Голос Есенина - гражданского поэта - крепнет, углубляя звучание его лирики. Даже в таких элегических произведениях, как цикл "Русь советская", чувствуется неожиданная для Есенина трибунная интонация. Маяковский берет только одну эту сторону, явно стилизует образ своего героя, делает Есенина похожим на Маяковского - прием, возможный для поэта и, еще раз заметим, не приемлемый для литературоведа. Он хочет защитить Есенина от жалости к нему, чувства тем более опасного, что оно может стать оправданием самоубийства.

Издеваясь над упрощенным наставничеством "напостовцев", назойливым и плоским "лучше уж от водки умереть, чем от скуки"Маяковский начисто отвергает и версию о разочаровании Есенина в Октябрьской революции, которую тогда пустили в ход враги, не желая считаться с главной идеей последнего периода его творчества - гордым советским патриотизмом Есенина 1.

Есенина-Ильина "сестра Шура" рассказывала мне: Ходасевич, Есенин, "Современные записки" "Annales contemporains"Париж, В письме к К. Чуковскому от 17 марта года Горький оценивает эту статью Ходасевича как злую и несправедливую. Это чувство корня, или "пупка", родины, Руси, говорила сестра поэта, было самым сильным в нас, было нам привито с детства. Мать моя родина, Я большевик Я думаю, что чувство родины, отделявшее пропастью Есенина от имажинистов, было решающим в Есенине для Маяковского.

Бегал на самую высокую. Снижаются горы к северу. Мечталось - это Россия. С этим чувством вошли оба поэта в советскую поэзию и пошли к осознанию и выражению его разными путями. Маяковский отказывается не только объяснять, но и искать объяснений смерти Есенина, понимая, что за его концом стоит сложная драма, которую нельзя свести к одной или даже многим "причинам".

Только показав, как Есенин умел "загибать", каким он был "гремящим скандалистом", можно было снять надгробные причитания. Однако если Маяковский ставил своей задачей "обдуманно парализовать действие последних есенинских стихов", то литературные почитатели Есенина сделали все возможное, чтобы помешать этой попытке Маяковского, выдвинув на первый план в Творчестве Есенина то, с чем он порывал, его слабость, а не силу.

Страх перед городом, "железным гостем", рожденный невежеством мелкого собственника, не осознавшего выгод социалистической революции в деревне, - был в какой-то мере и страхом "литературным", заимствованным из "Обезумевших деревень" Верхарна: Поля кончают жизнь под страшной колесницей, Которую на них дух века ополчил, стр. Брюсова У Есенина этот ужас патриархального крестьянства перед го родом выглядел так: Мир таинственный, мир мой древний, Ты, как ветер, затих и присел.

Вот сдавили за шею деревню Каменные руки шоссе.

Маяковский и Есенин • ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ

Смысл ленинских речей, в которых перед Советской республикой ставилась задача преодолеть вековую российскую отсталость, ленинской мечты о тракторах, которые дадут жизнь полям новой, советской деревни, усвоен был Есениным много позже. В монологах Рассветова, большевистского комиссара из пьесы "Страна негодяев", написанной после возвращения из Америки, слышим совсем иное - не страх перед городом, а ненависть к патриархальщине, полудикости и самой настоящей дикости.

Об этом говорил и В. Ленин в знаменитой речи на VIII съезде Советов, подчеркивая, что десятки верст бездорожья отделяют деревню от железных дорог, то есть материальной связи с городом. Есенин вкладывает в уста комиссара Рассветова открывшееся ему понимание роли социалистической индустриализации: Как ни трагично было противоречие между обретенной поэтом верой в социалистическое будущее своей страны, в ее индустриальное развитие и неверием в свои силы, осознанием собственной неполноценности, но с противопоставлением деревни городу, с враждебным отношением к городу было покончено.

Этих мотивов в поэзии Есенина последнего периода. В этом, можно сказать, едва ли не важнейший в политическом отношении итог его творческой эволюции. Если же взять журнал "Красная новь", руководимый Воронским, за год, следующий год после смерти Есенина, не может не броситься в глаза, как последовательно уничтожается смысл этой эволюции.

Есенин - жертва города, - вот лейтмотив статей и стихов, посвященных поэту, начиная с открывшей эту серию статьи А. Такие поляны называются чарусами. От такой городской чарусы погиб Есенин" 1. Что такое "городская чаруса"?

Не отождествлялся ли в этом образе, невольно для автора, город пролетарский с нэпманской 1 "Красная новь",N 1, стр. В статье о Есенине," написанной еще при жизни поэта, Воронский очень верно и чутко подмечал его силу и слабость, ориентируя его на новые идейно-передовые мотивы, связанные в его творчестве с поворотом к городу: Поэт поклонился советской Руси. Но она поднимается совсем на других дрожжах, чем старая Русь советская будет жива железным гостем, паровозами, электричеством, заводом, нефтью В статье о стихах молодого поэта Ивана Приблудного, посвященных Сергею Есенину, один из критиков "Красной нови" писал: Такая оборонительная поза - новый и существенный момент в сравнении с поэтическим обликом Есенина, лишь пассивно неприемлющего машинизм нашей эпохи, уходящего ушедшего от него к "неведомым пределам" Но ведь Есенин прямо заявлял: Мне страшно жаль Те красные цветы, что пали.

Головку розы режет сталь, Но все же не боюсь я стали. Они и сталь сразят почище, Из стали пустят корабли, Из стали сделают жилища.

В заключительной строфе, сливая свой гимн природе с гимном человеку-победителю, Есенин говорил: Чагину, встречи с которым в Баку сыграли положительную роль в укреплении этого нового отношения к миру, Есенин подчеркивал: Между тем "Красная новь" под знаком памяти "отошедшему" укрепляла ту его старую, отошедшую философию, которую в конце своей жизни поэт возненавидел: Пою - все о скудном просторе Соломой заплатанных сел Под этими стихами подпись - Варвара Вольтман - имя молодой поэтессы, которая в дальнейшем ничем себя не обозначила в развитии советской поэзии.

Тем более странно выглядела эта эпигонская декларация "о скудном просторе соломой заплатанных сел", направленная прямо против есенинского: Есенин захотел пойти вместе с новыми людьми, новым, трудным путем. В стихотворении о Есенине Маяковский говорил: Потому что нужно, ничего не приукрашивая, не уменьшая предстоящих трудностей, найти такие слова, чтобы люди тебе поверили и пошли за тобой, славя "веселье труднейшего марша в коммунизм".

Маяковский говорит о величии духа народа, вставшего на этот путь: Есенин стремился вместе с великим народом вступить на этот трудный путь. Маяковский не отделяет Есенина от "народа-языкотворца". Но "звонкий забулдыга подмастерье" оборвал свою жизнь и обосновал это тем, что "в этой жизни умереть не ново, но и жить, конечно, не новей". Вот на это поэтическое обоснование самоубийства Маяковский и ополчается своим поэтическим словом. Маяковский показывает Есенина сильного, бунтующего против скуки жизни.

Живое страдание облагораживает у Есенина самые мрачные прогнозы в отношении своей судьбы, превращая расслабленные элегии в яростные инвективы по собственному адресу. Может быть, я "в новую жизнь не гожусь", но я хочу этой новой жизни, "хочу я стальною видеть бедную нищую Русь". Есенин зовет к жизни "в сонме вьюг, в сонме бурь и гроз". К этому Есенину, выбравшему вместе со своим народом путь великих, Маяковский и обращается: Вы ж такое загибать умели Лучшими своими стихами Есенин - против "калек и калекш".

Маяковский уводит своего Есенина из этого ряда. Он отбирает у них упадочные есенинские 1 "Красная новь",N 7, стр. В этом стратегический замысел стихотворения: От их имени на ее страницах заговорило нэповское мещанство, все те, кто устал от "бурь и гроз" революции. От лица "калек и калекш" критик, поставивший в своей статье вопрос: Его биография скучна и неинтересна для читателя.

Вот почему все мы с ним, с Есениным, а не со стальными соловьями, бездушно имитирующими разные голоса эпохи, волнение творчества заменившими формальным и бездушным порядком"1.

Поэзия Есенина становилась оселком, на котором испытывалась общественная позиция разных литературных групп. Это был сложный и противоречивый оселок. Если не почувствовать со всей определенностью тенденции развития Есенина, как ее почувствовал Маяковский, то можно "абсолютизировать" то одну, то другую сторону его сложного творческого становления и впасть в ошибку.

В "Стальном соловье" Асеев многое схематизировал с лефовских позиций, но радость его по поводу социалистического преобразования России на новой, индустриальной основе была сильнее всяких лефовских загибов.

Подрывалась вера в успех экономического наступления пролетариата, в победоносную перспективу, открытую XIV съездом партии. Ермиловым в их полемике с Воронским и его последователями из "Красной нови". Ермилов высмеял "пошлейшее и самодовольнейшее издевательство над покой- 1 "Красная новь",N 5, стр. Стая не слышала в "Москве кабацкой" этого стона Есенина: Не с того ль так чадит мертвячиной Над пропащею этой гульбой".